Коллектив Дома офицеров активно помогал ветеранам в обеспечении проведения собрания, а по окончании торжественной части обеспечил праздничный концерт для участников собрания – ветеранов самого мощного рода войск. С приветственной речью выступил почётный гражданин города Белгорода генерал-лейтенант Аркадий Данилович Ильенко, стоявший у истоков образования Ракетных войск стратегического назначения (начал службу в 1958 году). Ракетные войска стратегического назначения в середине ХХ века формировались как вид Вооружённых сил. До рода войск их "опустили" в постперестроечный период, в 2001 году.

Генерал-лейтенант Аркадий Данилович Ильенко

На торжественной собрании с докладом выступил председатель Белгородского отделения Межрегиональной общественной организации "Ветераны космодрома Байконур"" подполковник в отставке Александр Николаевич Гуров. Также ветеранов поздравили председатель Белгородского регионального отделения "Союз ветеранов РВСН" полковник в отставке Александр Митрофанович Запрягайло и председатель Белгородского регионального отделения Российского Союза ветеранов подполковник запаса Аркадий Бармин.

Александр Николаевич Гуров с юнармейцами

Отметим, что мероприятие, посвящённое 58-й годовщине образования РВСН совместно готовили ветераны-ракетчики.

17 декабря 1959 года  вышло постановление Совета Министров СССР, в соответствии с которым была учреждена должность главнокомандующего Ракетными войсками, образован Главный штаб РВСН и другие органы военного управления. С момента образования РВСН выполнено свыше 5 000 пусков ракет, в том числе около 500 учебно-боевых в ходе оперативной и боевой подготовки войск.

Выступающие заверили, что РВСН — это род войск Вооруженных сил РФ, являющийся важнейшим компонентом стратегических ядерных сил России. Они войска постоянной готовности, выполняющие задачи особой государственной важности - несение непрерывного дежурства в готовности к выполнению боевых задач по приказу Президента Российской Федерации – Верховного главнокомандующего Вооруженными силами России. Ежесуточно на боевых постах в составе дежурных сил находится около 6 тысяч человек.

А. А. Бармин,

председатель Белгородского регионального отделения

Российского Союза ветеранов

*    *    *

По материалам БелПресса (интернет)

Почётный гражданин Белгорода генерал-лейтенант Аркадий Данилович Ильенко командовал ракетными частями и соединениеми и провёл 113 ядерных испытаний

Этот человек настолько незауряден, что о нём можно было бы написать не одну повесть, снять не один исторический, научно-популярный или даже военный фильм. Фильм о поистине ядерной судьбе. Впрочем, о себе бывший начальник Семипалатинского ядерного полигона генерал-лейтенант Аркадий Ильенко прекрасно рассказал "Белгородским известиям" и сам.

Аркадий Данилович Ильенко

Фото Вадима Заблоцкого

– Аркадий Данилович, давайте с самого начала…

– Я родился в селе Студеники, в тех местах, где проходила Переяславская Рада. Война, два года мы были под оккупацией – не дай бог пережить такое. После освобождения закончил семилетку, поступил в Киевское артиллерийское подготовительное училище, продолжил учёбу в Киевском артиллерийском Краснознамённом училище – одном из лучших в стране. В 1951 году окончив его по первому разряду, выбрал местом службы Группу советских войск в Германии, попал в 400-й артиллерийский полк во Франкфурте-на-Одере. Дослужился до капитана и командира батареи, а в 1958 году поступил в Артиллерийскую командную академию в Ленинграде.

Изначально стремился попасть на ракетный факультет – уже шло развитие ракетных войск.

 

Новая сила

– Какое в то время в среде военных было отношение к ним?

– Мы, артиллеристы, очень гордились, понимая, что на смену нашим 122-миллиметровым гаубицам приходит что-то совершенно новое. В 1954 году на Тоцком полигоне уже прошли учения с применением атомной бомбы, особо об этом не распространялись, но военные знали. На нашем факультете мы учились не три года, как на остальных, а четыре, и готовили нас как специалистов ракетных войск и артиллерии сухопутных войск. Но когда мы закончили академию, уже развивались ракетные войска стратегического назначения – особый вид войск, скоро ставший главным в вооружённых силах. Штаб РВСН получил право отбирать самых перспективных специалистов в любых отраслях. И вот кадровики приехали к нам, разделили учебную доску чертой, на одной стороне написали "РВСН" – и там оказалась моя фамилия.

– То есть офицерский состав РВСН изначально был элитным?

– Это верно. Меня назначили командиром отдельного дивизиона РВСН в Ивановской области. Два "старта", казарма и столовая – больше ничего. Ракетный щит страны создавался спешно: после подготовки стартовых площадок сразу организовывали боевое дежурство, а быт налаживали потом. В то время в Советском Союзе было 12 межконтинентальных баллистических ракет Р-16 8К64У, которые могли достать до США. Две были в моём подчинении.

Я прибыл в дивизион в сентябре 1962-го, и через считанные недели разразился Карибский кризис, когда в ответ на размещение американских военных баз в Турции Хрущёв приказал разместить наши ядерные ракеты среднего радиуса действия на Кубе. Как сейчас помню: объявили боевую тревогу, я прибежал на командный пункт. На пакетах приведения ракетных войск в повышенную боевую готовность напечатан сигнал – "Зарево-739". Сообщение ТАСС, мысль: ёлки-палки, война началась… Около четырёх месяцев мы стояли в состоянии повышенной боевой готовности, пока дипломаты решали вопрос.

– Трудно дались эти месяцы?

– Первый шок прошёл быстро, да и потом мы же знали, к чему нас готовят и чем придётся заниматься. Изначально для РВСН не было мира или войны – они всегда в состоянии боевой готовности. Поэтому паники не было.

– Можете сказать, куда конкретно целились ваши ракеты?

– Мы были в курсе, что наша общая цель – США. А точные цели обозначались на специальных носителях, которые привозили из Главного штаба ракетных войск. Их вводили в ракету перед постановкой на боевое дежурство, и куда она полетела бы – мы абсолютно не знали.

 

Ракеты и ракетчики

– Какое вооружение имел ваш дивизион?

– Ракеты: 30 с лишним метров в высоту, больше 3 метров в диаметре. По штату в дивизионе было 700 человек, из них практически 100 – офицеры. Для пуска каждую ракету нужно было вывести из хранилища, установить на пусковой стол, пристыковать, заправить горючим, сжатым воздухом... Эти ракеты конструкции академика Янгеля могли взлететь только через 11, позже 7–8 часов после команды на пуск. Конечно, если ракеты от США до нас летели бы 30–35 минут (с атомных подводных лодок ещё меньше), то мы бы опаздывали с ответным ударом.

В 1968 году я стал командиром полка ракет отдельного старта. На его вооружении состояли уже новые ракетные комплексы, объединённые в разработанную конструктором Челомеем систему группового старта. Десять пусковых установок на удалении друг от друга, чтобы нельзя было поразить одним ядерным зарядом. Ракеты стоят в шахте заправленные, с пристыкованными головными частями и в полутораминутной готовности на пуск. Командовал я полком пять лет, сделав его отличным и досрочно став полковником.

В 1974 году меня назначили начштаба стоявшей в Марийской АССР ракетной дивизии, а через короткое время – первым заместителем начальника штаба 27-й армии. А в 1976 году – командиром объекта в Белгородской области. Командовал я здесь войсковой частью пять с половиной лет, получил генеральское звание. Очень хорошие отношения были с руководством области. Первый секретарь обкома Михаил Петрович Трунов говорил: хорошо к тебе ездить, Аркадий Данилович: ничего ты у меня не просишь (улыбается). Я был депутатом облсовета, членом обкома партии… Приятные воспоминания.

А в 1981 году меня вызвал на линию связи начальник 12-го Главного управления Минобороны маршал артиллерии Бойчук: мы решили назначить вас начальником Семипалатинского ядерного полигона. Я: работы больше, категория выше – согласен! И через девять дней улетел на полигон. Прокомандовал им десять с половиной лет, провёл 113 ядерных испытаний, всего на полигоне прошло 457, а в Советском Союзе – 715.

 

Полигон

– Большое хозяйство было у вас в подчинении в Семипалатинске?

– 18,5 тысяч квадратных километров территории. Город – около 30 тысяч народа. Для проведения подземных ядерных испытаний нужны были тысячи специалистов. Бурить скважины – буровики, проходить штольни – метростроевцы, проложить тысячи кабелей – электрики. Испытательные площадки: на одной проводились испытания в горах, строились штольни до километра, и туда закладывался ядерный боеприпас. На другой заряды взрывали в скважинах 600-метровой глубины. На третьей площадке был ядерный реактор, испытывали свойства лазера и занимались созданием ядерных ракетных двигателей… Вот что такое ядерный полигон.

– Какой мощности заряды испытывали?

– Не более 150 килотонн – в 1974 году были введены ограничения на мощность ядерных испытаний. Созданный ядерный боеприпас принимался на вооружение после испытаний. Испытывались и боеприпасы из арсеналов – так проверялась годность нашего ядерного резерва. Каждый взрыв сопровождал комплекс научных исследований. Электроника – как она будет работать при ядерном взрыве. Как радиация воздействует на продукты, технику, горючее... Рядом со штольней стояло на площадке всё, что только можно. При подготовке одного заряда проложили тысячу километров кабеля, 3,5 тыс. участников, работали с двумя ядерными институтами.

– Наверное, сильные ощущения, когда рядом взрывается атомная бомба?

– В зависимости от мощности заряда при подземных испытаниях мы находились в 3–4 км, иногда совсем рядом. Представьте себе гору. И вот эта гора поднимается, потом оседает, камни сыпятся… В 1985 году, когда Горбачёв объявил мораторий на ядерные испытания, американцы не поверили. И тогда впервые на полигон допустили иностранных корреспондентов. Спрашивают меня: а как с точки зрения радиации здесь, чисто? Я смотрю – на отвесной скале массива Дегелен стоят два архара. Показываю: вот – животные из Красной книги, и ничего. Журналисты давай развивать тему: у нас накоплено столько ядерных зарядов, а если начнётся война… Отвечаю: не будет ни редких животных, ни самой Красной книги.

А в феврале 87-го года мы возобновили испытания. Началась работа с США по взаимному контролю. Мы предложили: давайте проведём поочерёдно испытания и каждый измерит мощность своим методом. Я возглавил комиссию от СССР. После долгих консультаций в августе 1988-го наша делегация поехала в штат Невада и приняла участие в ядерном испытании на этом американском полигоне. А 14 сентября участниками испытаний в Семипалатинске стали американцы. Понаблюдав за мной, говорили: генерал Ильенко определяет мощность ядерного взрыва пятками.

– Аркадий Данилович, можно сказать, что в 60–70-е годы вы были в числе тех людей, которые держали в своих руках судьбу мира. Как вы жили с этим ощущением?

– Когда я был замначальника штаба армии, периодически заступал начальником смены – командиром дежурных сил – 586 ракет. В ракетном полку командир дежурных сил сидит в кресле, под рукой ключ от сейфа, где лежит пакет. За время дежурства он не может отлучиться, уйти, даже встать – полторы минуты даётся, чтобы достать пакет, вскрыть его, прочитать сигнал и отдать команду. В любую секунду он должен этого ожидать. Тут от человека всё зависит.

– В 1999 году вы стали инициатором создания региональной общественной организации ветеранов подразделений особого риска. Почему?

– Только с Семипалатинского полигона на Белгородчину прибыли десятки людей. Участники ядерных испытаний на Новой Земле. Офицеры, вручную собиравшие ядерные боеприпасы, – в конце 50-х годов мы спешили догнать США, уже имевших план ядерного уничтожения СССР. Ликвидаторы аварий на ядерных объектах, участники атомных учений на Тоцком полигоне. Авиаторы и моряки с атомных подводных лодок, где были аварии с ядерными реакторами. На момент создания организации насчитали таких 260 человек – мы штучное изделие.

Руководил я организацией до апреля 2014 года, сейчас её возглавляет генерал-лейтенант Коноваленко. Рассказываем о нашей службе: организовываем выставки, встречи, работаем с детьми. Помогаем вдовам наших товарищей: в закрытых военных городках они были при мужьях, работали в детских садиках или вспомогательных службах, пенсия на уровне социальной. Вместе с тогдашним начальником управления соцзащиты Василием Захаровичем Гетманским проработали областной закон о социальной помощи вдовам ветеранов подразделений особого риска. С помощью администрации Белгорода организация установила возле диорамы памятный знак "Белгородцам – участникам создания ядерного щита Отечества". Шефствуем над белгородским детским домом "Южный". На выигранные гранты и с помощью спонсоров в 17-й школе Белгорода под руководством и при личном участии Юрия Владимировича Коноваленко создан музей "Ядерный щит Отечества".

– Какие увлечения у вас были и есть?

– Очень много читаю, раньше любил журнал "Иностранная литература", перечёл Льва Толстого. Чехов, Тургенев… Я читатель разносторонний.

Стараюсь поддерживать форму: встаю в полседьмого, одеваюсь, иду по городу. Прошёлся хорошенько, принял душ, позавтракал и стараюсь опять работать – изучаю стихи, считаю в уме, двигаюсь. Я никогда не сижу. Раньше вплотную занимался штангой – выжимал 80 килограмм, толкал 120, сдал на первый разряд.

– Ваши кулинарные предпочтения?

– Есть недостаток – очень люблю сладкое. Если жена ставит конфеты, сразу говорю: убирай, иначе я не остановлюсь. А так завтрак – ряженка, простокваша, хлопья. Тыквенная каша, бутерброд с рыбкой, сало. Всеядный, но всё в рамках разумного.

– Аркадий Данилович, какими личными установками вы жили и живёте? Назовёте семь правил генерала Ильенко?

– Семь – это много. Три правила. Честность, ответственность и работоспособность – во всех отношениях. Я деревенский парень, отец погиб на фронте, никогда не было никакой руки. Если трудишься, если у тебя есть сподвижники, коллектив, работающий нормально и выполняющий те задачи, которые перед ним поставлены, – ничего не случится. Работоспособность и ответственность круглые сутки – особенно когда речь идёт об армии. Карьеризм бывает двух направлений. Первое – труд, ответственность, знания. И есть другой карьеризм – поддакнуть, лизнуть и так далее. К сожалению, и таким путём люди продвигаются, но сколько же они приносят вреда. Ну а я достиг чего достиг. Всего добился сам. Этими правилами живу и до сегодняшнего дня.

Ярослав Макаров (БелПресса)

*    *    *

Гуров Александр Николаевич родился 15 декабря 1945 в порту Тикси Якутской АССР. Русский.

Инженер-лейтенант с 24 июня 1971 года, подполковник с 16 декабря 1983 года

Образование: Рижское высшее командно-инженерное Краснознамённое училище имени Маршала Советского Союза С. С. Бирюзова в 1971 году; Военная академия имени Ф. Э. Дзержинского в июне 1978 года.

В Вооружённых силах СССР с 12 ноября 1964 года в должности курсант войсковой части 83463-ш, затем командир отделения войсковой части 74321, слушатель Рижского ВКИУ имени Маршала Советского Союза С. С. Бирюзова. По выпуску из училища в июне 1971 года получил назначение на космодром Байконур в должность начальник расчёта отдельной инженерно-испытательной части (в/ч 44108). Часть занималась отработкой боевого ракетного комплекса стратегического назначения. С 1973 года инженер отделения, начальник отделения. С 4 декабря 1974 начальник команды в этой же части. Слушатель Военной академии имени Ф. Э. Дзержинского, по окончании которой, 24 июня 1978 года вернулся в часть в свою часть в должность начальник группы. С 20 июня 1980 года заместитель командира отдельной инженерно-испытательной части, формируемой для решения задач лётно-конструкторских испытаний ракетно-космического комплекса носителя "Зенит" (8К77). Частью командовал полковник Станислав Валентинович Лимонт. С 24 марта 1983 года заместитель командира отдельной инженерно-испытательной части, сформированной для обслуживания и эксплуатации посадочного комплекса космического аппарата "Буран". Частью командовал полковник Николай Михайлович Шумилин. 6 марта 1986 года сменил в должности уволенного в запас командира части Николая Михайловича. Руководил боевым расчётом во время успешной, первой и единственной посадки орбитального корабля "Буран". 1 ноября 1989 года назначен заместителем начальника 4-го отдела центра испытаний и применения космических систем (в/ч 96630). Уволен в запас с 19 июля 1993 в город Белгород.

*    *    *

Полковник в отставке Запрягайло Александр Митрофанович родился в 1951 году в городе Харькове. Образование высшее. Окончил военно-политический факультет Ростовского высшего командно-инженерного училища имени Главного маршала артиллерии Неделина М. И.; Военно-политическую академию имени В. И. Ленина.

С 1968 по 1996 годы – военная служба в частях и соединениях Ракетных войск стратегического назначения СССР и РФ.

С 1996 по 2002 годы – военная служба в Пограничных войсках ФСБ РФ.

С 2002 по 2004 годы – начальник службы безопасности Белгородского механического завода.

С 2004 по 2005 годы - старший инструктор РОСТО ДОСААФ.

С 2005 года – председатель Комитета Белгородского регионального отделения политической партии "Патриоты России". Имеет государственные награды.